100 дней после «Бегства»

№ 03 (585) Рубрика: Ваше право Автор: Ольга Воронина

В ноябре прошлого года в «НВ» был опубликован материал «Бегство», повествующий о драматической истории многодетной вологодской семьи Куликовых (имена и фамилии героев публикации изменены в соответствии с законодательством о СМИ). К сожалению, в настоящее время события продолжают развиваться по самому неблагоприятному сценарию.

Напомним суть происходящего. Три месяца назад к нам в редакцию обратилась вологжанка Юлия Куликова, бывшая жена Николая Куликова и мать троих детей, рожденных в браке с этим человеком (причем даже старшему ребенку всего восемь лет). Женщина рассказала, что после развода бывший супруг преследует ее, пытаясь оспорить ее право воспитывать двоих сыновей и дочь: такое решение принял суд. По утверждению Юлии, постоянные угрозы, побои и даже попытка убийства со стороны Николая вынудили ее вместе с детьми скрываться в кризисных центрах для женщин в Вологде и других городах. По фактам насильственных действий Николая Куликова по отношению к бывшей жене в минувшем году было заведено уголовное дело сразу по нескольким статьям УК РФ.
После выхода в свет материала «Бегство» Николай стал настойчиво звонить корреспонденту «НВ», пытаясь опровергнуть факты, изложенные в статье. Он представил собственную версию событий, кардинально отличающуюся от версии Юлии. В частности, Николай утверждал, что бывшая жена ведет себя неадекватно. Надо сказать, что на персональной странице Юлии в социальной сети действительно время от времени появляются несколько странные послания и отрывки из бессодержательного произведения, написанного от лица Юлии. Однако, по мнению Ольги Тарлаковой, директора Вологодского кризисного центра для женщин, Юлия Куликова не имеет к этому творчеству никакого отношения.
– Мы подозреваем, что интернет-страничку Юлии взломали, и теперь от ее имени размещают всякий бред, – считает Ольга Федоровна. – Между прочим, наша подопечная обратилась по этому поводу с заявлением в полицию. Уверения Николая Куликова в том, что Юлия психически невменяема, также не подтверждаются. Она прошла уже несколько судебно-психиатрических экспертиз, и на данный момент заключения врачей недвусмысленны: нарушений психики у Юлии нет. А вот поведение самого Николая можно назвать неадекватным. Он неоднократно устраивал дебоши в общежитии кризисного центра, где находилась Юлия с детьми, даже на меня нападал с кулаками и оскорблениями. Приходилось вызывать полицию, но дебошира каждый раз отпускали. Я обращалась и в следственные органы, и в прокуратуру, и в Общественный совет при УМВД с требованием заключить Николая под стражу, но этот опасный человек до сих пор находится на свободе…

Когда Юлия поняла, что скрыться от агрессора в кризисном центре ей не удастся, а уехать из Вологды, пока проводятся следственные действия по уголовному делу, невозможно, она приняла решение вернуться в квартиру, где они жили с Николаем. Жилье оказалось опустошено и разгромлено, как после нашествия целого племени кочевников. Пока семья отсутствовала, Куликов успел вывезти из квартиры почти всю мебель. Не было даже двери: в проеме торчали какие-то вульгарные обломки. Представители органов опеки обследовали жилище и рекомендовали Юлии привести его в порядок. Поскольку денег у неработающей женщины нет, она обратилась в управление соцзащиты, где ей пообещали выделить средства на установку новой двери.
Чтобы помочь Юлии наладить быт и обеспечить хоть какую-то защиту, к ней из Костромской области приехали пожилые родители. Но даже они не смогли помешать Николаю: воспользовавшись тем, что бывшая жена отправилась на очередной допрос к следователю, он ворвался в квартиру и буквально вырвал детей из рук бабушки и дедушки. Три дня мужчина прятал их на даче и в еще одной городской квартире, где он проживал в последнее время.
– Вместе с Юлией, представителями органов опеки, инспектором по делам несовершеннолетних мы отправились по адресу, где Николай удерживал сыновей и дочь, – рассказывает Ольга Федоровна. – Но ни чиновники, ни полицейские не смогли нам помочь. Поскольку решение суда об определении места жительства детей с матерью Николай успел обжаловать, в законную силу оно не вступило. Пока нового судебного решения нет, формально он имеет право забрать детей к себе. Нам удалось вызволить малышей только через несколько часов, когда Николай все-таки согласился отпустить их к матери.
На это же не вступившее в силу судебное решение ссылаются и органы опеки и попечительства администрации Вологды. В официальном ответе на запрос «НВ» нас проинформировали, что в данный момент ситуация в семье Куликовых находится на контроле Общественной палаты Вологодской области, уполномоченного при губернаторе по правам ребенка, областного департамента социальной защиты и городского управления соцзащиты, опеки и попечительства. В разговоре главного редактора «НВ» с представителем органов опеки удалось выяснить, что в этом ведомстве ситуацию считают не столь однозначной, чтобы принимать какие-то жесткие решения по отношению к Николаю Куликову. «Мы видели, что дети совершенно нормально играют с отцом и не испытывают при этом страха или стресса, – сказал наш собеседник. – Что касается матери, то ее право на воспитание детей, конечно, подтверждено в законном порядке, но ей, как и ее неуравновешенному мужу, тоже не мешало бы подлечить нервную систему».
Такой вот жестокий роман-с, друзья. И, судя по всему, ставить в нем точку преждевременно. Ограничимся многоточием…