Без вины виноватая

№ 36 (576) Рубрика: Момент истины Автор: Ирина Тихонова

Судебные приставы списывают с банковских счетов
вологжанки многотысячную задолженность за квартиру,
в которой женщина не проживает уже больше десяти лет.

Непосильная ноша

Вологжанка Алена Соколова (ФИО изменены в соответствии с «Законом о СМИ») в 18 лет покинула родительский дом, в котором остались младшие сестры и мама. С тех пор никаких отношений с родней она не поддерживает. Девушка получила востребованную профессию, вышла замуж, родила сыновей. Но в прошлом году она неожиданно обнаружила, что ее банковская карта, на которую поступали пособия на детей, арестована.
– Оказалось, на мне висит коммунальный долг в сумме 30 тысяч рублей за квартиру, где живут мама с тремя несовершеннолетними сестрами, – рассказывает Алена. – Средств погасить задолженность на тот момент у меня не было: я недавно родила второго малыша, буквально каждая копейка на счету! Принесла справки, подтверждающие, что нахожусь в декрете, но все пустое: у меня арестовали дачный участок в четыре сотки. Пришлось занять денег и погасить задолженность. И вот захожу на сайт службы судебных приставов, чтобы убедиться, что все в порядке, а там за мной числится новый долг за коммуналку в родительской квартире – на этот раз уже 89 тысяч рублей!
В панике созвонившись с управляющей компанией, Алена услышала шокирующую цифру: за последние годы общая задолженность, числящаяся за «нехорошей» квартирой, перевалила за полмиллиона рублей!

Доля моя, доля…

…Когда Алене было 17 лет, а ее старшей сестре – 18, их мать решила приватизировать огромную квартиру, которую когда-то получила эта многодетная семья.
– Мама сказала, что нужно оформить в собственность жилье, а без нашего согласия ей ничего не сделать, – вспоминает Алена Соколова. – Она приватизировала квартиру на всех пятерых детей, потом, когда мне исполнилось 18 лет, попросила меня выписаться. С тех пор к родительской квартире я не имею никакого законного отношения. Сначала прописалась у бабушки. Потом с будущим мужем снимали квартиру, а после женитьбы взяли ипотеку, приобрели свое жилье. Родили двоих детей. Я нахожусь в отпуске по уходу за ребенком, муж работает. Все вроде нормально, и вот вдруг выясняется, что я в долгах, как в шелках!

Суд да дело

Алена еще помнит маму красивой, успешной, обеспеченной женщиной! Переехав с детьми в огромную квартиру, она поменяла здесь все коммуникации, начала современный ремонт.
Но потом что-то разладилось. От нее ушел муж, и мама как-то упала духом. В доме стало все чаще пахнуть алкоголем, появились признаки неухоженности и нужды. Как рассказали Алене общие знакомые, в квартире воцарился характерный запах канализации, по полу то и дело шастают крысы, сестры-подростки предоставлены сами себе. 

Органы опеки несколько раз пытались забрать детей, и тогда мать собиралась с силами, приводила квартиру в порядок, обзаводилась справкой о том, что она в очередной раз закодировалась, и дети оставались при ней.
– Вырвавшись из этого ада в 18 лет, я искренне считала, что больше не имею отношения ни к квартире, ни к тому, что там происходит, – продолжает Алена. – Но все оказалось не так просто. Суд принял заочное решение о взыскании задолженности с совершеннолетних членов семьи в солидарном порядке. Грубо говоря, это значит, у кого судебные приставы найдут деньги на счетах, с того их и спишут. Моя старшая сестра работает неофициально, с нее вроде и взять нечего. Мама не трудоустроена совсем, причем на ее иждивении трое несовершеннолетних детей. Если приставы арестовывают ее счет, она приносит необходимые документы, и ее оставляют в покое. В общем, осталась я одна без вины виноватая. И никому нет дела до того, что у меня самой маленькие дети, что я столько лет не зарегистрирована в квартире. Меня даже никто ни разу не уведомил о том, что за квартирой числится огромная задолженность, и УК готовит иски в суд.
Дошло до того, что приставы наложили арест на кредит за ноутбук. После этих событий Соколовы были вынуждены заключить брачный контракт, чтобы приставы не смогли взыскивать задолженность за родительскую квартиру с супруга Алены…
– Я не понимаю, почему управляющая компания допустила такой немыслимый долг по коммуналке, – негодует Алена. – Причем об этих долгах я узнала в тот момент, когда они уже стали неподъемными. Я попыталась отказаться от оформленной на меня доли в квартире, чтобы не иметь к этой истории никакого отношения. Но на квартиру наложен арест из-за долгов, и совершать с ней любые регистрационные действия невозможно.
Заплатить весь долг, накопленный матерью за все эти годы, молодой женщине не по силам. При этом она выявила странную закономерность: как только она начинает платить по счетам, УК подает все новые и новые иски о взыскании прежних долгов.

Каждому — свое

– Все происходящее несправедливо, – считает юрист Екатерина Чистикова, представляющая интересы Алены. – Логику управляющей компании понять можно: им неважно, кто погасит долг. Но эта коллизия должна быть разрешена в законном порядке, а не по праву сильного. Мы уже направили в управляющую компанию требование определить в исковых заявлениях долевой порядок погашения задолженности, чтобы долг распределялся равномерно между всеми пятью собственниками жилья. Трое детей, владельцы долей, не достигли совершеннолетия. Поскольку их законный представитель – мать, следовательно, три пятые от общей суммы долга должна платить именно она. Суд принял заочное решение о взыскании задолженности с Алены Соколовой. Сейчас мы собираем документы на отмену этого судебного постановления. Необходимо снять арест с квартиры, и Алена сможет зарегистрировать договор дарения своей доли в адрес матери.
– Я часто думаю о своих младших сестрах, – грустно говорит мне на прощание Алена. – Похоже, после совершеннолетия в приданое им достанутся только огромные долги…