Держись корнями за отчий дом

№ 42 (624) Рубрика: В начале было слово

Сегодня в нашей постоянной литературной рубрике мы публикуем стихотворения победительницы второй региональной премии для начинающих поэтов и писателей «В начале было слово» Нины Корнеевой.

Пронзительное творчество поэтессы не оставило равнодушным ни одного члена жюри премии, эксперты единогласно отдали ей лауреатство в номинации «Поэзия».
Емко, образно, метко, динамично, живо, и, конечно, попадает прямо в душу и сердце — так описывают критики поэзию Нины, которая начала писать, выйдя на пенсию, когда появилось время на себя. Начинать творить можно в любом возрасте и в любых обстоятельствах, — доказала наша чагодощенская поэтесса. Желаем успехов Нине и в жизни, и в творчестве!

Сын на пороге встал

Сын на пороге встал.
Камнем застыла мать:
Не вырос, не возмужал,
А все – пора уезжать.
Юный, глазастый. Родной.
Все у него шутя…
Матери ждать одной
Оторванное дитя.
Стремителен, словно стриж.
Что ж, мой мальчик, иди.
Но ты не идешь – летишь! –
Целая жизнь впереди!
Познай этот мир, эту жизнь
Не под материнским крылом.
Прошу об одном – держись
Корнями за отчий дом.
Помни дорогу домой.
Беги от кромешной тьмы.
Будь осторожен, сын мой, –
Мол, от сумы, от тюрьмы…
В мире чужих людей
Среди и добра, и зла
Станешь сильней, взрослей,
Захочешь любви, тепла,
Научишься мудро жить,
Постигнешь науку прощать,
Не накопить обид,
Не разучиться ждать.
Знай, что приму любым,
Оба раскрою крыла –
Нищим, больным, седым,
Выгоревшим дотла.
Последние силы отдам.
Дождусь. Не умру. Не предам.
Все беды, грехи твои –
Они не твои. Мои.
Перекрестить. Обнять.
Благословить. Понять.
И ждать. Неустанно ждать.
Молиться. На то и мать.

Плач по Родине
Показалось? Иль вправду в окошке забрезжил огонь?
Показалось? Иль в стойле всхрапнул застоявшийся конь?
Показалось? Взыграла в деревне отцова гармонь!
Показалось… Разжалась зажатая насмерть ладонь…

А в ладони – крапива, бурьян да колючий осот…
Только сердце болит и в родную деревню зовет.
То ли в колокол бьют, бубенцы ли печально звенят –
Я иду… Только ждет ли родная деревня меня?..

Вот и вышла деревня встречать, словно старая мать,
То ли дочь, то ли гостью – попробуй узнать да признать! –
В ветхом ситцевом фартуке, в сбитых худых сапогах,
С самодельной клюкой в почерневших усталых руках.

Я деревне в передник, как мамке, по-детски уткнусь,
К ней, святыне, прижмусь. Не стыдясь, накричусь, наревусь…
Ни избы, ни колодца, ни липы – все пепел, все прах!
Злая выпала доля – лишь кладбище в частых крестах…

Чуть живой огонек, из трубы одинокий дымок…
Только дьявол такое с деревней содеять и мог!
На коленях, ползком – душу в кровь! –
не бывает больней! –
Я прощенья прошу у погибшей деревни моей…

Ах, я глупая птица…
Ах, я глупая птица – пустая и странная! –
Из родного гнезда посреди бесконечной зимы
Полетела в далекие жаркие страны я,
Из родного-то дома – как будто из мрачной тюрьмы!

Не сошла ли с ума? – Потеряла я голову!
Южный ласковый ветер позвал, поманил меня вдаль…
Разделила я жизнь свою надвое – поровну,
Ничего из былого – из прошлого стало не жаль.

Замерзала в плену вековечного холода,
Леденела застывшей рекой между двух берегов…
Облетевшей листвой отшумела, ушла моя молодость,
И устала душа в царстве белых извечных снегов.

Вслед за яростным солнцем судьба моя катится…
Насмотрелась красивых цветочно-банановых стран,
Там, где к бОсым ногам припадает и ластится
Изумрудного дивного цвета живой океан.

Там, где призрачный рай – вожделенный и сладостный,
Где лохматые пальмы шумят на горячем ветру,
Где счастливые люди беспечны и благостны…
Только что ж так тревожно и больно-то мне поутру?

Что за горе-то взяло когтями, да что за боль?! –
Погибаю вдали от заснеженных русских полей!
Всю-то ноченьку снилась мне вешняя водополь
Да ликующий гомон летящих домой журавлей.

Я там, где и ты, я с тобою, я рядом…
Я там, где и ты. Я с тобою. Я рядом.
В безликой толпе ты не встретишь меня.
Себя я не выдам ни жестом, ни взглядом,
Ни таинством ночи, ни яркостью дня.

Захочешь отринуть – запрет не нарушу.
Чтоб ты ни на миг усомниться не мог,
Заставлю молчать горемычную душу,
А сердце замкну на пудовый замок.

А если окликнешь – я вырвусь из ада,
Откуда вовек не бывало дорог.
За то, что ждала – вот и будет награда,
Когда переступишь забытый порог.

Я песни твои прошепчу как молитвы,
Я буду любить то, что любо тебе,
Я стану кольчугой в безжалостной битве,
Твоим перевесом в неравной борьбе.

Ты – свет в моих окнах, желанный и жданный.
С тобою — на паперть, с тобою – на трон.
А если придет безысходность как данность,
Не дрогнув, подам предпоследний патрон.

Чагода-Бабушкино
Сквозь тугое пространство, сквозь желтеющий лес,
Окрыленная тихой благодатью небес,
Перелетною птицей в свой назначенный срок
Я лечу не на юг – на восток. На восток.

Средь дремучих лесов и туманных болот
Много лет мое сердце, моя память живет.
Я – березы родимой уцелевший листок,
Мой единственный путь – на восток. На восток!

Там всходящего солнца пламенеет цветок,
И рекой разливается незаметный исток,
Разрастается деревом хрупкий тонкий росток…
Каждой жилкою рвусь на восток. На восток!

Там, где речка Березовка вьется между кустов,
Каждый листик со мной породниться готов.
Юный бархатный гриб и лесной муравей
Мне дороже красот Елисейских полей.

Вкус печеной картошки и соленых груздей,
Дым костров, плач последних седых журавлей –
Это то, чем живу, не боясь потерять,
Потому что нельзя, невозможно отнять.

С грузом прожитых лет я на берег приду.
Воды Илезы милой смоют боль и беду.
Молчаливые ели примут тихую грусть,
И опять я, как в детстве, ничего не боюсь!

Вижу неба родного щемящую синь,
Чую горечь рябин, слышу шепот осин.
Тихой радостью встретит родительский дом,
И утешится сердце – все путем. Все ладом.

Там отец еще жив. И жива еще мать.
Там Отчизна моя. И меня не сломать!

Памяти брата и мамы
Напеки мне, мати, пресников…
Напеки мне, мати, пресников –
Только ты умела печь такие –
Пышные, картовные, жаркие–
В мире нет вкуснее пирогов!

Мати, здравствуй! Али не ждала
Своего единственного сына?
Над иконой виснет паутина,
А в печи – холодная зола.

Я и сам – в далекой черной мгле…
Ты не жди потерянного сына.
По углам мертвеет куржавина,
И мороз, мороз по всей земле…

Не тревожься, мати, обо мне.
Снится мне счастливая улыбка
Над моей скрипучей древней зыбкой…
Оба мы – в заоблачной стране.

Не уйти из тягостного сна.
Знаю: нет тебя на этом свете,
И никто меня уже не встретит…
Где-то далеко бурлит весна,

Разлилась безудержной волной,
Плещет у родимого порога…
Знаешь, мама, я поверил в Бога.
Мама, я опять хочу домой…

Пестрый луг цветных половиков,
Занавески треплет теплый ветер…
Жить и жить бы мне на белом свете!..
Напеки мне, мати, пресников…