Какого цвета август?

№ 24 (564) Рубрика: Служба инфо Автор: Михаил Скляр

Если верить поэту-песеннику, то месяц август «на восходе
оранжево-красный, на закате пронзительно-синий».
Но в экономике используют другую цветовую гамму: здесь август породнился с определением «черный».

Плохая репутация последнего летнего месяца возникла давно. Впервые словосочетание «черный август» прозвучало еще в 1914 году: так оценили депутаты тогдашней Государственной Думы разгром русской армии в сражении с немцами под Танненбергом. Но для наших современников август окрашен черным по другим причинам: этот месяц нередко сопровождается экономическими потрясениями.
Для убедительности вспо­мню только четыре августа: 1994, 1995, 1998 и 2015 годов.
Первый ознаменован крахом крупнейшей финансовой пирамиды «МММ», которая погребла сбережения нескольких миллионов вкладчиков на сотни миллиардов неденоминированных рублей.
Второй отмечен острейшим кризисом межбанковских платежей, когда годовые ставки по однодневным кредитам достигли немыслимых 2000 %, и каждый третий российский банк был вынужден приостановить работу.
Август 1998 года вошел в историю масштабным дефолтом по государственным финансовым обязательствам и трехкратным падением курса рубля к доллару.
Наконец, самый близкий нам по времени август 2015 года стал отправной точкой для обвального падения цен на нефть: всего за несколько недель «черное золото» подешевело с 62 до 42 долларов за баррель.
Неудивительно, что накануне каждого нового августа эксперты настороженно присматриваются к происходящему. И хотя экономические прогнозы, как известно, вещь неблагодарная, без них все равно не обойтись. К тому же июль – время подведения итогов первого полугодия, поэтому тенденции в развитии экономики видны более отчетливо, чем в «межсезонье».
Итак, что день грядущий нам готовит? Если верить статистике, еще одного «черного августа» удастся избежать. Хотя и ярко-красным, как праздничный день календаря, август 2017-го не будет. Если брать за основу наш регион, то его экономическое состояние сродни погоде – такое же серое и невразумительное…
Начну с хорошего, тем более что его немного. По данным Вологдастата, уровень инфляции в нашей области упал до 1,5 % за полугодие (для сравнения, за первое полугодие 2016 года инфляция превысила 3 %, а за аналогичный период 2015 года достигла 6 %), и в августе темпы инфляции сохранятся примерно на том же уровне. Правда, продовольственные товары дорожают быстрее (среднеобластной индекс цен на продукты питания с января по июль составил 2,5 %), но с учетом неблагоприятной погоды это легко объяснить.
Иной вопрос, что снижение инфляции до ее исторических минимумов не является следствием экономического роста. Цены на потребительском рынке замерли, потому что спрос на товары и услуги снижается. И повинна в этом не столько жадность производителей и торговцев (хотя в бескорыстии их тоже не заподозришь), сколько слабость госконтроля за монополистами. Ведь именно представители энергетики и газовой отрасли, предприятия теплоснабжения и другие «удельные князья» коммунального сектора, регулярно повышающие свои тарифы, сжирают все более заметную часть доходов вологодских домохозяйств (так на «птичьем» языке статистики называются семейные бюджеты).
Впрочем, инфляция – не единственный и даже не главный показатель экономического здоровья. Не надо быть большим ученым, чтобы знать простую аксиому: прежде чем потребить, надо произвести. А чтобы произвести, необходимо иметь финансовые ресурсы. И вот с этим на Вологодчине совсем нехорошо.
Красноречивый индикатор – растущая убыточность предприятий и организаций. Облстат информирует, что в первом полугодии 2017 года по сравнению с тем же периодом 2016-го убытки вологодских производителей товаров и услуг выросли почти на 85 % и приблизились к 2 миллиардам рублей. На данный момент к категории убыточных относится каждое третье юридическое лицо, осуществляющее хозяйственную деятельность на территории Вологодской области. И это «в среднем по больнице», потому что в некоторых сферах доля убыточных предприятий зашкаливает за половину, включая такие ключевые отрасли вологодской промышленности, как машиностроение и деревообработка.
Даже металлургия, где доходы собственников и топ-менеджеров исчисляются миллиардами рублей, не осталась в стороне от негативного тренда. Как утверждает облстат, за первые месяцы 2017-го валовый объем убытков вологодских металлургов в динамике «год к году» увеличился в 18 раз!