Лучше доброй ссоры

№ 38 (620) Рубрика: Народное достояние

Кирилло-Белозерский музей-заповедник и Вологодская митрополия пришли к согласию, что отныне в Ферапонтовом монастыре будут сосуществовать музей и монастырь. Добровольная ли это договоренность и ведет ли она к обоюдному удовлетворению претензий всех сторон? Или это просто вынужденный худой мир?

За и против
О том, что в Кириллове и Ферапонтово нужно возрождать монашескую жизнь, патриарх Московский и всея Руси Кирилл заявил еще во время своего летнего визита в Вологодскую область.
– К этому надо стремиться, и это, несомненно, произойдет; другого пути просто не может быть, – сказал он. – Я в это верю и буду молиться и работать для этого.
Тогда же располагающийся в Ферапонтово Музей фресок Дионисия – филиал Кирилло-Белозерского музея-заповедника – получил уведомления с просьбой передать Русской православной церкви часть своего имущества, а именно: здания Надвратных церквей, церкви Мартиниана и Казенной палаты.
Директор Кирилло-Белозерского заповедника Михаил Шаромазов сначала выступил против этого предложения, обосновав свою позицию целым рядом аргументов.
Так, он заявил, что входные ворота Надвратных церквей служат единственным входом на территорию монастырского ансамбля в Ферапонтове, и их передача РПЦ может привести к проблемам с этим входом. А церковь Мартиниана имеет общую стену с собором Рождества Богородицы, где находятся знаменитые фрески Дионисия, поэтому постоянные богослужения в ней могут изменить температурно-влажностный режим в соборе, что способно просто погубить фрески. Наконец, Казенная палата является уникальным памятником гражданской архитектуры XVI века. Это изначально холодное помещение, где нет и не было никаких коммуникаций, соответственно, менять его назначение нельзя.
– Церковь чрезвычайно важна в жизни нашего государства и народа, но Ферапонтов монастырь – единственный уникальный памятник, сохранивший роспись Дионисия, аналогов которому нет в русском искусстве. Перед нами – обществом и страной – стоит задача сохранения этого уникального памятника, – отметил глава Кирилло-Белозерского музея.
В поисках решения
9 октября в Министерстве культуры России прошло заседание представителей церкви и музейного сообщества. Обсуждались вопросы о передаче РПЦ архитектурных памятников в Вологодской, Владимирской и Ярославской областях. В итоге рассмотрение заявок на передачу сразу двух десятков объектов было временно отложено, а администрациям музеев-заповедников и епархий дано время договориться о совместном использовании объектов. В случае же, если договориться не удастся, министерство пообещало найти особые, «альтернативные» решения.
Спустя неделю, 15 октября 2018 года, в Минске под председательством патриарха состоялось заседание Священного Синода, где было решено открыть в Ферапонтово Богородице-Рождественский мужской монастырь. А через четыре дня, 19 октября, митрополит Вологодский и Кирилловский Игнатий поставил в сан игумена монастыря иеромонаха Иоасафа (Вишнякова).
Примерно в это же время состоялась встреча Михаила Шаромазова с митрополитом Вологодским и Кирилловским Игнатием.
– Мы нашли с владыкой компромисс, в результате которого работа Музея фресок Дионисия в Ферапонтово продолжится и одновременно будет существовать действующий мужской монастырь, – заявил тогда генеральный директор Кирилло-Белозерского монастыря.
От рассвета до заката
Ферапонтов мужской монастырь был основан на рубеже XIV и XV веков, в период, когда великое княжество Московское открыто заявило о своих претензиях на объединение Руси. В это время на холме меж двух озер поселился сподвижник преподобного Кирилла Белозерского Ферапонт, который основал обитель, и она активно развивалась и после ухода своего основателя – до такой степени, что почти на четыре сотни лет стала одним из видных культурных и религиозных просветительных центров Белозерского края.
Ферапонтовские старцы даже оказывали серьезное влияние на политику Москвы. А один из игуменов монастыря, ученик Кирилла Белозерского преподобный Мартиниан был духовником великого князя Василия II Темного.
Монастырю жаловали свои вклады и дарили земли цари, князья и бояре. Сюда приезжали на богомолье Василий III, Елена Глинская, Иван IV. В начале XVII века обители принадлежало несколько сел, около 60 деревень, 100 пустошей и более 300 крепостных крестьян.
Однако в XVIII веке из-за переноса столицы в Санкт-Петербург Север России теряет свое экономическое значение, Ферапонтов монастырь быстро приходит в упадок и закрывается. В 1904 году монастырь был возобновлен как женский, однако в таком статусе продержался лишь 20 лет и закрылся в 1924-м.
Сейчас монастырь является филиалом Кирилло-Белозерского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника, памятником истории и культуры федерального значения, а также единственным на территории Вологодской области памятником Всемирного наследия ЮНЕСКО. Здесь располагается знаменитый Музей фресок Дионисия.
Одно другому не мешает
Представители власти обещают, что возрождение обители никак не скажется ни на работе музея, ни на состоянии дионисиевых фресок.
– Девяносто четыре года спустя в Ферапонтовом монастыре возрождается духовная жизнь. Это лучшее воплощение отдания исторической памяти основателям древней обители на Вологодской земле, – заявил по этому поводу заместитель губернатора Олег Васильев. – Конечно, мы ждали дня свершения исторической справедливости, и я надеюсь, что теперь, когда духовная жизнь в Ферапонтовом монастыре станет главной, сочетание культурного наследия и духовности сделает это святое место еще более привлекательным для многочисленных паломников и туристов.
– Это величайшее событие должно послужить символом для нашего взаимного сотрудничества, сотрудничества между церковью и музеем, – согласен с ним митрополит Вологодский и Кирилловский Игнатий. – Мы должны выработать такую, может быть, показательную, примерную модель взаимоотношения между музеем и церковью, когда и монастырь действует, и музей сохраняется – живут и существуют на одной исторической площадке и друг друга дополняют.
– Мы пришли к выводу, что музей и православный монастырь могут сосуществовать на одной территории, – сказал руководитель музея Михаил Шаромазов. – Достигнуты устные договоренности о реализации конкретных мер, направленных на полноценное функционирование действующей обители и Музея фресок Дионисия, обеспечивающего сохранность объектов культурного наследия. До первого декабря нам предстоит оформить их на бумаге и предоставить на согласование в Москву.
Как у всех
Ситуация, сложившаяся с Ферапонтовым монастырем, не уникальна для России. Подобные случаи сейчас распространены довольно широко, причем по всей стране. Как признался недавно в интервью одному из федеральных информагентств генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский, аналогичные проблемы, например, возникли во Владимире и Суздале. Тем не менее, уверен он, это повод не для конфликта, а для поиска компромиссов, потому что нет никакого смысла ссорить музеи и церковь.
У Кирилло-Белозерского музея-заповедника уже есть подобный опыт: в 1988 году храмы с Надвратной церковью Ферапонтова монастыря были переданы в пользование сельской православной общине, а в 1995 году церкви была передана Ивановская часть Кирилло-Белозерского монастыря.
Главное сейчас, по мнению музейщиков, – это обеспечить общими усилиями должную сохранность культурно-исторических памятников. К примеру, поддерживать там правильный температурно-влажностный режим, чтобы сохранить древние здания, иконы и фрески. Кроме того, все музейные объекты должны оставаться доступными для посещения – тогда туристы смогут выбрать, что посмотреть.
Аркадий Гусев
Фото yandex.ru