Настоящий полковник

№ 03 (585) Рубрика: Собеседник Автор: Татьяна Охотникова

Высокий, стройный, белокурый - воплощенный идеал мужчины. Но главный росгвардеец всея Вологодчины полковник Сергей Иванов идеалом себя не считает и вообще очень скромен в общении.

Он прошел всю карьерную лестницу, начиная с азов: от простого участкового до замначальника областного управления МВД. При этом почти профессионально умеет доить коров, а если надо – примет роды у буренки.
– Сергей Викторович, расскажите о детстве, о своей семье.
– Отец мой родом из Белозерска, инженер-электрик по образованию. А мама работала учителем в школе №16. Особо надо сказать о бабушке, маминой маме: она была ветеринаром. Все каникулы я проводил у нее в деревне, сенокосил, пас, доил коров и овец. Бабушка даже научила меня принимать у коров роды. Однажды, в годы работы участковым, это умение оказалось кстати: мне пришлось принять теленка на деревенской ферме.
Сам я учился в гимназии №2, был классическим трудным подростком: учился неважно, да и вел себя на троечку. Поэтому заканчивать десять классов не стал. Выбрал Вологодский железнодорожный техникум, а потом как-то сразу поступил в политехнический институт. И все время работал – дворником, проводником, даже видеокассеты продавал. Мама к тому времени осталась одна, и я не мог сидеть у нее на шее.
– В вашей родне были люди в форме?
– Еще как! Дед прошел всю войну, был изранен, награжден медалью «За отвагу». Окончил войну в Кенигсберге.
– И вы решили пойти по его стопам?
– В 1991 году мой двоюродный брат служил во внутренних войсках в Москве. Я поехал к нему как раз 19 августа, когда начинался путч. По телевизору – танки вперемешку с балетом «Лебединое озеро». Полный кавардак в жизни и в душе. И вот тогда я понял, как много в нашей стране зависит от милиции.
6 октября 1995 года был принят стажером на должность участкового уполномоченного в первый отдел милиции города Вологды. Около девяти лет провел на этой службе. И честно скажу: это самая тяжелая и неблагодарная работа в нашей милиции-полиции…
К счастью, в последнее время отношение меняется к лучшему. Помню кошмарный случай из прошлого, когда участкового зверски избило местное хулиганье: от позора и обиды парень сразу уволился. Был случай, когда участкового в Грязовецком районе просто убили…
– А у вас никогда не было желания уйти из милиции?
– Бывало, но нечасто. Некогда было терзать себя сомнениями. Стал заместителем начальника первого отдела полиции города Вологды, потом работал в следственном управлении. Со временем возглавил свой родной первый отдел, затем повысили до заместителя начальника областного УМВД, где я курировал ОМОН и вневедомственную охрану. А в июне 2016-го мне позвонили из Санкт-Петербурга и сделали предложение возглавить вновь созданную региональную структуру Росгвардии.
– Вы встретили меня в непривычной форме одежды – без традиционной рубашки и галстука.
– На мне сейчас новый вариант формы: тельняшка с длинным рукавом, только полоски не синего, а крапового цвета. Эта форма гораздо удобнее, не сковывает движения. А нашим людям свобода движений бывает очень нужна. Сами понимаете, такая специфика.
– А сколько их – «ваших людей»?
– Не могу сказать, не имею права. Это секретные данные. Но в каждом муниципальном районе Вологодчины есть представители Росгвардии.
– А для чего вообще понадобилось огород городить, создавать новую военизированную структуру? Разве мало у нас людей в форме?
– Давайте разбираться. В результате реформы в состав Росгвардии перешли внутренние войска УМВД, из структуры полиции нам передали ОМОН, СОБР, вневедомственную охрану (ВОХР) и лицензионно-разрешительные органы. Поначалу действительно раздавались голоса: против кого эти гвардейцы будут бороться? Против своего народа? Конечно, это не так. Наша задача – безопасность людей в стране. Да, есть полиция, но у нее свой круг вопросов – защита населения от уголовной преступности. А наша зона ответственности – пресечение деятельности террористов, экстремистов, подстрекателей на площадях и тому подобных врагов российской государственности. Другие серьезные задачи Росгвардии – защита свидетелей, задержание преступников, контроль за частными охранными и детективными агентствами, лицензионно-разрешительная работа с оружием. Понятно, что мы действуем в тесной связке с полицией, ФСБ, МЧС и другими силовиками.
– Ходят слухи, что вы своими руками приняли роды у жены. Это не байка?
– Это правда. Все произошло очень неожиданно, еще в 2002 году. Пришел я домой с работы, а на жене лица нет: рожаю, говорит. Что мне оставалось делать? Побежал за полотенцами, она легла на пол, и я принял дочку на руки. Через несколько минут в дверях появился медик. Я его встретил с малышкой на руках и тут же вспомнил все богатства русского языка…
Наутро на работе мой тогдашний начальник Николай Козлов спрашивает: «Ты что пил вчера?» – «Какое там пил, – отвечаю. – Роды принимал!» Так вот все и стало известно.
– Вот это да! Думаю, с вами не страшно хоть на Северный полюс, хоть в космос – такой надежный, настоящий человек!
– Спасибо на добром слове. Но сам по себе я ничего не сделал бы. Росгвардия – это такая ударная сила, такой мощный кулак и в то же время очень верное плечо. На таких людей действительно можно положиться.