Обыкновенный герой

№ 06 (546) Рубрика: Служба инфо Автор: Михаил Скляр

Фронтовики Великой Отечественной уходят в вечность. Но на их место приходят фронтовики афганской войны, которые еще не забронзовели
на постаментах, не капитулировали перед возрастными болячками,
не растворились во внуках и правнуках. Они еще полны сил, их
не подводит память. А седина, как и шрамы, только украшает мужчину…

Вологжанин Александр Григорьевич Иванов, кавалер трех боевых орденов

Сослуживец Ленина

Герой моего рассказа – удивительно скромный человек. До недавнего времени я даже не знал, что легендарный «рейдовый комбат» Кандагарской мотострелковой бригады, обладатель ордена Красного Знамени и двух орденов Красной Звезды Александр Григорьевич Иванов уже 27 лет живет в Вологде, в небольшой квартире на улице Фрязиновской!
Иной штабной деятель, на пару дней командированный в Афганистан из глубокого тыла, будет часами рассказывать вам о своих боевых заслугах. А настоящие герои, вроде Александра Иванова, зачастую несловоохотливы. Вот почему среди полусотни персонажей моих очерков о вологжанах-«афганцах» Александра Григорьевича до сих пор не было. Что ж, лучше позже, чем никогда…
Александр Иванов родился в самом сердце России – в небольшой деревеньке под Калугой. Профессию военного выбрал раз и навсегда, а когда медкомиссия военкомата отказала ему в возможности летать, без колебаний поступил в училище, выпускающее обычных пехотных офицеров. Целеустремленный сельский парень не искал легких путей: из десятка общевойсковых командных училищ он выбрал самое далекое и опасное – Благовещенское, расквартированное на берегу пограничной реки Амур, разделяющей СССР с Китаем. И было это в период острого кризиса советско-китайских отношений, незадолго до военного конфликта на острове Даманском. Нетрудно понять, что курсантские годы Александра Иванова прошли в буквальном смысле в «прифронтовом» режиме.
А после его выпуска из училища армейские кадровики будто задались целью познакомить молодого офицера с географическим многообразием планеты Земля. Сначала комвзвода лейтенанта Иванова направили на Камчатку, в знаменитую 22-ю дивизию, в списки которой был зачислен «почетный красноармеец товарищ Ленин». Через несколько лет его перевели с Дальнего Востока на «дальний запад» СССР – в Молдавию, потом – в группу советских войск в Германии, затем – в Ленинградский военный округ.
Здесь и застала командира батальона майора Иванова афганская война.

Песни Кандагара

70-я отдельная мотострелковая бригада советских войск, дислоцированная в районе города Кандагар, выполняла задачи особой важности. Это сравнительно небольшое воинское формирование (от силы 4 тысячи солдат, сержантов, офицеров и вольнонаемных) не только контролировало сотни километров границы между Афганистаном и Пакистаном, откуда нескончаемым потоком шли караваны с оружием и боеприпасами для мятежников, но и обеспечивало безопасность наших автоколонн на 300-километровом участке трансафганской магистрали, оказывало военную поддержку просоветским органам власти в южных провинциях Афганистана, осуществляло охрану международного аэропорта в Кандагаре.
Ясно, что командир рейдового батальона кандагарской бригады Александр Иванов, к тому времени уже подполковник, буквально не вылезал из боевых операций. И хотя грамотный и осторожный командир стремился избегать потерь среди личного состава, более тридцати военнослужащих его батальона погибли за два года, еще столько же ребят получили тяжелые ранения, не совместимые с военной службой.
– Самое обидное, что во многих случаях потери не были боевой неизбежностью, – с горечью говорит Александр Григорьевич. – Нередко они становились следствием самодурства и невежества людей, облеченных властью. Например, один важный начальник настоял, чтобы мы без особой надобности направили боевое охранение на высоту, напичканную минами. Через час взвод вернулся на базу: трое ребят остались без ног, остальные тащили их на себе. И таких случаев могу припомнить немало…
Неспроста солдатская песня 70-й мотострелковой бригады замешана на какой-то безысходной печали: «Афганистан – красивый горный край. Приказ простой – иди и умирай». Но эта песня не о нем, не о комбате Александре Иванове. Он таких «людоедских» приказов своим солдатам не отдавал. Больше того, Иванов выстраивал особые отношения с местным «удельным князьком» – бывшим генералом афганской армии Исматом, который вышел из-под контроля Кабула и начал собственную игру. Иванов сумел договориться с Исматом о «дружественном нейтралитете»: наши не посягали на его власть в здешних кишлаках, а боевики Исмата не минировали дороги и не обстреливали советские автоколонны и блокпосты.
Конечно, официально командование 40-й советской армии не могло одобрить «дипломатических» контактов с противником, но неофициально действия Иванова ставили в пример тем командирам, которые делали ставку исключительно на военную силу.

Возвращение

После завершения своей афганской эпопеи подполковник Иванов получил назначение в далекую Вологду, в четырежды орденоносную Севскую дивизию.
Но 38-летний герой войны вернулся уже не в ту страну, из которой уезжал. На календаре был 1989 год – угар горбачевской перестройки. Новый курс государственного руководства нанес нокаутирующий удар не только по принципам «социалистического интернационализма», приведшим наши войска в Афганистан, но и по авторитету людей, которые честно выполняли свой солдатский долг. Даже три ордена не избавили Александра Григорьевича от хамской фразы: «Мы вас в Афганистан не посылали», когда речь зашла о достойной квартире для семьи Ивановых, где росли две дочери, и о должности, соответствующей опыту и заслугам этого замечательного офицера.
А потом наступили лихие 90-е годы. На смену прославленной Севской дивизии пришла обезличенная база хранения техники, но через пару лет исчезла и она. Подполковник Иванов понял, что пора уходить…
– Иногда задаю себе коварный вопрос: не ошибся ли я с профессией? – говорит 66-летний ветеран Вооруженных сил Александр Григорьевич Иванов. – Может быть, мне была заповедана какая-то другая дорога? Но всякий раз вспоминаю фразу из книги о средневековых рыцарях: «Слушай свое сердце – это и есть закон». И сомнения проходят, потому что я всегда делал только то, что любил…