Старикам здесь не место

№ 29 (569) Рубрика: Час пик

Вологодская пенсионерка Татьяна Геннадьевна проживает
в просторной пятикомнатной квартире, но «хоромы»
ее совсем не радуют. Оставшись в одиночестве,
женщина не в состоянии содержать такую жилплощадь.

Татьяна Геннадьевна: «Моя жизнь — край беды».

Квартплата съедает значительную часть пенсии, а инвалидность не позволяет поддерживать даже элементарный порядок. Социальный работник, прикрепленный к больной пенсионерке, ограничивается редкими походами в магазин. «За год я похудела на целых тридцать килограммов, – рассказывает Татьяна Геннадьевна. – Питаюсь одним «Дошираком», больше ничего купить не могу».
Продать свою большую квартиру, чтобы купить жилье поскромнее, она тоже не может. Несколько лет назад одна из долей ее квартиры оказалась в собственности постороннего человека. Суд со временем признал сделку недействительной, но необходимых документов пенсионерка на данный момент не имеет…
В эту квартиру женщине пришлось вернуться из дома престарелых в Молочном, где она оказалась после тяжелой болезни.
«Поначалу условия мне понравились, – вспоминает вологжанка. – Я заключила договор о том, что часть пенсии (конкретно – 9500 рублей) будет уходить на мое содержание. Меня это устраивало». Татьяну Геннадьевну определили в одноместный номер общего отделения, где она провела два года. Но затем в интернат пришел новый работник, с которым у пенсионерки не сложились отношения.
Как утверждает Татьяна Геннадьевна, мужчина неоднократно проникал в ее комнату, рылся в личных вещах. «Не знаю, что он хотел найти: возможно, документы на мою квартиру», – предполагает женщина.
Конфликты в итоге вылились в перевод пенсионерки из общего отделения в психиатрическое. «Никакими психическими отклонениями, тем более хроническими, я не страдаю, – возмущается Татьяна Геннадьевна. – Это подтвердили даже в областной психиатрической больнице, куда меня направили для обследования».
Тем не менее из вполне комфортной одноместной комнаты женщине пришлось перебираться в трехместную, где ее соседями были настоящие психбольные. «Представьте эту жуткую обстановку, – с ужасом рассказывает моя собеседница. – Туалет на три комнаты, где отправляют надобности неадекватные люди. Вонь немыслимая! Кормили нас прямо в комнатах. Я есть в такой компании просто не могла: некоторые соседки, извините за подробности, прямо во время еды блевали в тарелку»…
А вскоре Татьяне Геннадьевне и вовсе пришлось покинуть интернат. Стоимость содержания в этом заведении выросла на 4,5 тысячи рублей, и отдавать 14 тысяч плюс коммунальные расходы за городскую квартиру несчастная женщина была не в состоянии.
Беда, как известно, не приходит одна. Вскоре Татьяне Геннадьевне стало известно, что у ее городской квартиры появился новый собственник. Попытавшись разобраться в ситуации, пенсионерка выяснила, что одну третью часть квартиры, принадлежавшую ее сыну-инвалиду, приобрел некий незнакомец. Причем сын Сергей уверял, что не помнит, как он подписывал документы на квартиру. Тем более что никаких денег, якобы полученных за эту сделку, у него не обнаружилось.
«Я наняла адвоката и подала в суд, – продолжает свой невеселый рассказ Татьяна Геннадьевна. – Судебные тяжбы длились два с половиной года. В результате сделка была признана недействительной, но к тому времени Сережа умер».
Причины смерти далеко не старого еще мужчины покрыты мраком. В детстве Сергей пережил серьезную травму, на этой почве страдал эпилепсией. Однако в медицинском заключении, по словам пенсионерки, записано, что Сергей умер от отравления неизвестным веществом. Мать уверена, что сына отравили, но доказать это не может.
Последние месяцы жизни недееспособный Сергей проживал в одной из комнат огромной квартиры вместе с какими-то бомжами, которых пустил новый совладелец жилья. Последствия пребывания незваных гостей ощущаются до сих пор, хотя Татьяна Геннадьевна, вернувшись из интерната, практически все свои сбережения потратила на чистку этих «авгиевых конюшен».
Сейчас наша героиня пытается восстановить документы, подтверждающие ее право на квартиру и дающие возможность поменять ее на более экономичное жилье. Средств, чтобы нанять грамотного юриста, у нее нет, самостоятельно передвигаться по городу она не может. Ситуация замерла без движения…