Строим-строим, а руин не меньше

№ 11 (551) Рубрика: Служба инфо Автор: Михаил Скляр

Несмотря на «трудности перевода» с запутанного языка отчетности
на язык суровой реальности, факт остается фактом: по качеству решения
проблемы ветхого и аварийного жилья наш регион «пристроился» к группе отстающих.

По данным облстата, к началу прошлого года общая площадь ветхого и аварийного жилья на просторах Вологодчины составляла чуть меньше одного миллиона квадратных метров – порядка трех процентов всего жилья в городской и сельской местности. По этому показателю наш регион входит в число худших в стране, опережая только некоторые республики Северного Кавказа (вроде Ингушетии и Дагестана) и ряд экономически слаборазвитых территорий Дальнего Востока (к примеру, Забайкальский край и Еврейскую автономную область). Больше того: Вологодская область относится к категории регионов, где удельный вес ветхого и аварийного жилья не снижается, а растет – несмотря на довольно высокие темпы жилищного строительства
(в 2016 году по вводу жилья на душу населения Вологодчина заняла 19-е место в России и 3-е место в СЗФО).
Справедливости ради заметим, что нынешний миллион ветхих «квадратов» жилья – это не рекорд: в 2010 году аналогичная цифра превышала полтора миллиона квадратных метров. Но надо иметь в виду, что именно в 2010-м тогдашний Президент России Дмитрий Медведев подписал федеральный закон, в соответствии с которым программа расселения граждан из ветхого и аварийного жилья была названа одним из приоритетов государственной социальной политики. Понятно, что чиновники, с которых спрашивают за исполнение законов, готовы вывернуться наизнанку, чтобы привести отчетность в соответствие с руководящими директивами.
И тогда «произошло чудо». Если в 2012 году площадь не подходящего для нормальной жизни жилья в Вологодской области оценивалась в
1,518 млн кв. м, то уже в следующем году соответствующая цифра упала ниже миллиона.
Следуя классической логике, можно было ожидать, что 2013-й ознаменовался прямо-таки тотальным улучшением жилищных условий вологжан. Но на деле, по выражению Владимира Высоцкого, «все не так, все не так, ребята». Именно в «сверхблагополучном», с точки зрения статистики, 2013 году число вологодских семей и одиночек, перебравшихся из старого жилья в новое, продемонстрировало обвальный спад почти на 50 % –
с 2200 до 1300 единиц…
Было бы неверно записывать всю эту сложную проблему «в пассив» нерасторопному вологодскому чиновничеству (хотя анекдоты про «горячих финских парней» имеют к нам не только географическое, но и ментальное отношение). Нельзя сбрасывать со счетов и исторический фактор (многие населенные пункты Вологодчины имеют древнюю историю и соответственно старый жилфонд), и особенности климата (ветшание строений в суровых северных условиях происходит быстрее, чем в умеренных широтах).
И все же забавные гримасы стат­учета, когда размеры ветхого жилья за год могут «усохнуть» почти в полтора раза, кажутся прежде всего данью большой политике и бюрократической казуистике.
С политикой все ясно: чем меньше жилищной «ветоши» – тем, стало быть, лучше потрудилась власть и тем больше шансов для ее самосохранения.
А с бюрократической казуистикой дело обстоит примерно так. Ветхий дом при большом желании можно признать не ветхим. Да, не роскошный особняк в элитном предместье, но есть главное – стены, пол и потолок, а остальное приложится…
Таким вот немудреным способом у нас решаются самые мудреные вопросы.