В объятиях страха

№ 11 (551) Рубрика: Новое время Автор: Андрей Ястребов

Неадекватная 56-летняя вологжанка в течение нескольких лет держит в страхе соседей по подъезду, угрожая им взрывом газа. Периодически ее увозят в стационар психбольницы, но спустя пару месяцев несчастная вновь возвращается домой.

Лилия Николаевна проживала в четырех­этажной «сталинке» в самом центре Вологды более 27 лет. Правда, семь лет назад женщина с семьей была вынуждена сменить место жительства из-за буйной соседки и переехать в квартиру мужа в другой микрорайон. «Нина (имя изменено) регулярно устраивала скандалы вместе со своей матерью, которая тогда еще была жива. Постоянные ругань, мат, характерные звуки отчаянного мордобоя доносились из-за стенки почти ежедневно», – вспоминает пенсионерка события того времени.
По словам Лилии Николаевны, буйствующие мать и дочь не были замечены в злоупотреблении алкоголем: их поведение имело в основе совсем другое заболевание…

На грани
Пару лет назад семья Лилии Николаевны начала «предпродажный» ремонт в своей старой квартире. Мать агрессивной соседки к тому времени умерла, и ее психически ненормальная дочь осталась одна. Но хлопот соседям меньше доставлять не стала. «Раньше мы даже не подозревали, как она живет. Нина никогда никому не открывала дверь, за долгие годы в ее квартиру не могли попасть ни соседи, ни участковый, ни специалисты коммунальных служб. Два года назад мой муж все-таки оказался в соседской квартире. Это был шок», – рассказывает пенсионерка.
В тот день супруг Лилии Николаевны вместе с сыном, как обычно, приехали в свою старую квартиру продолжить ремонтные работы. Поднимаясь по лестнице, заметили, что дверь у соседки приоткрыта. Постояв на площадке, мужчина несколько раз громко позвал Нину, а когда никто не откликнулся, принял решение зайти в квартиру. «В помещении все было разрушено, захламлено, как на мусорной свалке, на столе и даже на полу валялись сгнившие остатки еды. Сантехника в квартире не действовала: унитаз и ванна были завалены невообразимым хламом. А в качестве туалета наша соседка использовала… пластиковые бутылки, которые валялись по всей квартире. Вонь стояла такая, что резало глаза и дышать было невозможно», – пересказывает Лилия Николаевна воспоминания мужа…

Саму хозяйку обнаружить удалось не сразу – она лежала в углу комнаты в куче рваного тряпья в состоянии полной прострации. Неожиданно придя в себя, женщина забормотала, что она скрывается от преследования спецслужб…
Вызванная бригада скорой помощи лишь развела руками: «Не наш клиент». Пришлось вызвать санитаров из психиатрической больницы. Видавшие виды специалисты вошли в квартиру, предусмотрительно надев маски.
Пару месяцев Нина провела в стационаре. Лилия Николаевна с семьей несколько раз даже приезжали ее навестить, но в учреждении только принимали передачи: еду, одежду, средства гигиены.
Вернувшись из клиники, Нина начала вести себя еще более странно, пугая соседей по подъезду необычными ночными ритуалами. Запершись в квартире и по-прежнему никому не открывая дверь днем, в полночь она стала выходить на лестничную площадку, где курила, развешивала на лестничных перилах тряпье, выставляла на ступеньки пластиковые бутылки со своими нечистотами, зажигала свечу и совершала какие-то обряды, напоминающие сатанинские. Нередко выбрасывала окурки, мусор, одежду и те же самые бутылки из окна лестничной площадки на территорию летней веранды кафе, расположенного на первом этаже здания. Работники заведения подтвердили нам, что подобные инциденты имели место не единожды…
«После того, как Нина вернулась из больницы, мы дали ей свой номер телефона, чтобы она могла в случае чего обратиться за помощью. Потом раскаялись. Она регулярно звонила, обвиняла нас в слежке, угрожала. Один раз после такого звонка пришлось срочно возвращаться в Вологду с дачи: у соседки сломался дверной замок, и она нас же обвинила в том, что это мы сделали», – рассказывает Лилия Николаевна.

«Взлетим на воздух!»
Со временем выходки неадекватной соседки участились и начали носить все более агрессивный характер. Несколько раз она перерезала на площадке кабель интернет-провайдера, тушила окурки в щитке с электросчетчиками, пыталась вырывать все подозрительные, по ее мнению, провода. Последний инцидент, переполнивший чашу терпения соседей, произошел буквально на днях.
«19 марта Нина вновь позвонила моему мужу, истошно что-то кричала. Удалось разобрать, что мы провели в ее квартиру сигнализацию для слежки, украли деньги и стиральную машину. Она угрожала включить газ на кухне, закурить и взорвать весь подъезд. Дом у нас старый, перекрытия между этажами деревянные, и я испугалась, что угроза будет исполнена и мы останемся без крыши над головой. Понятно, что без промедления позвонила в полицию», – говорит Лилия Николаевна.
Одновременно бдительная пенсионерка оповестила о происходящем чуть ли не все ответственные инстанции: горгаз, МЧС, участкового, управляющую компанию. Дверь в «нехорошую» квартиру предсказуемо оказалась заперта, и спасателям потребовалось немало времени и усилий, чтобы ее открыть…
Добровольно проходить очередную процедуру оздоровления в психиатрическом стационаре невменяемая террористка отказалась и даже попыталась «боксировать» с санитарами, но в итоге победила молодость, и Нину все-таки увезли в больницу. Опять же временно…
«Два с половиной месяца мы можем жить спокойно. А что потом? В начале июня ее выпишут, и все начнется сызнова. Живем здесь, как на пороховой бочке», – чуть не плачут жильцы «невезучего» подъезда.
Стихийно сформировавшийся «комитет действия» подготовил и направил заявление в прокуратуру. Соседи пытаются добиться, чтобы Нину признали недееспособной и оформили ее в специнтернат. Но по закону сделать это могут только близкие родственники (у Нины в Вологде проживает родной брат) или врачи. Однако пока ни те, ни другие не видят в этом «острой необходимости». Вот уж воистину: сытый голодного не разумеет…

Александр Ивин начальник отдела управления соцзащиты, опеки и попечительства администрации города Вологды

– Лишить человека дееспособности может только суд, который выносит свое решение на основе выводов медицинской комиссии. Инициировать обследование по ходатайству могут лишь близкие родственники больного, представители государственных органов опеки и попечительства, а также сотрудники медицинских учреждений, в которых проходил лечение недееспособный гражданин.