Вологда на закате империи

№ 40 (580) Рубрика: Взгляд Автор: Павел Патраков

Прошло ровно сто лет, но мы по-прежнему живем мифами
о русской революции. На самом деле никакой революции
не было: изъеденный ржавчиной царский режим рухнул сам собой.

В августе 1914 года у Николая II был неслыханный рейтинг. Его погубила никому не нужная авантюра – война сразу с двумя мощными европейскими империями – Германской и Австро-Венгерской.
Что касается лидеров будущей социалистической революции, большевиков, то они еще в начале 1917 года и не мечтали о власти. Они бедовали за границей, считая реализацию своей партийной программы делом будущих поколений.
«Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв», – писал в январе 1917 г. Ульянов-Ленин, проживавший в ту пору в Швейцарии и от безнадеги собиравшийся в США, где уже ошивались Троцкий и Бухарин…
Тем не менее катастрофа произошла. И главным ее вождем был бездарный и наивный политик Николай Александрович Романов – император всея Руси…
Сегодня мало кто помнит, что эхо беспорядков в России в начале 1917 года почти «зеркально» отозвалось во Франции. Узнав, что русские солдаты братаются с рабочими на питерских площадях, более 100 боевых частей
союзной французской армии тоже подняли красные флаги, а два армейских корпуса уверенным маршем двинулись на Париж!
Но у Франции нашелся спаситель: 76-летний глава правительства Жорж Клемансо безжалостно остановил развал фронта и страны. Расстрелами и превентивными арестами тысяч реальных и даже просто предполагаемых лидеров революционного бунта он предотвратил гибель миллионов французов в горниле общественных беспорядков и гражданской войны.
В России такого человека, как Жорж Клемансо, не нашлось, поэтому события в нашей стране развивались по худшему из сценариев. Царь отрекся от престола. Не стало того, кому присягали: на место монархии пришла анархия…
Великая Россия, форпост христианской цивилизации на границе между Западом и Востоком, удивительно быстро дошла до края бездны. В газете «Вологодские губернские ведомости» в ту пору был перепечатан приказ Верховного начальника санитарной и эвакуационной части, сопровождаемый «Наставлением для добывания пищевых жиров и бульона из костей». Здесь было сказано буквально следующее: «Кости, оставшиеся после приготовления и раздачи пищи, в котлах, котелках, баках, мисках, тарелках и прочее, могут быть с большою пользою и выгодою употреблены для получения пищевого костного жира и сгущенного бульона-желе. Для этого не надобно бросать костей, а, собрав их достаточное количество, промыть теплой водой и положить в посуду для готовки, прибавив луку, перцу, лаврового листа, а также соли».
И подписал этот суперрецепт не какой-нибудь сбрендивший генерал от инфантерии, а принц Александр Ольденбургский, родня Николая Второго по отцовской линии…
28 февраля в Вологду поступила уведомительная телеграмма об образовании Временного комитета Государственной Думы. На следующий же день, 1 марта, в помещении Страхового общества (нынешний адрес помещения – ул. Марии Ульяновой, 7) состоялось собрание гласных Вологодской городской Думы и представителей местных парторганизаций эсеров, кадетов и социал-демократов. 2 марта был избран орган местной революционной власти – губернский правительственный комитет, представлявший в Вологде Временное правительство. Большевиками здесь и не пахло: преобладали кадеты, с которыми соседствовали меньшевики и эсеры. 3 марта тогдашний вологодский губернатор Арапов телеграфировал всем уездным начальникам полиции: «Всецело подчиняюсь, ввиду исключительных обстоятельств и в интересах спокойствия и блага Родины, постановлению Временного губернского комитета об отстранении меня от управления губернией, посему вся власть в губернии с настоящего момента принята означенным комитетом».
О большевиках в наших краях толком еще и не слыхивали, когда в Вологде появились первые комиссары. 5 марта 1917 года распоряжением из Петрограда губернским правительственным комиссаром стал член партии кадетов Виктор Кудрявый…