Вологда на закате НЭПа

№ 25 (565) Рубрика: Взгляд Автор: Павел Патраков

1929 год. Год великого перелома, а если точнее, начало великого ПЕРЕМОЛА самых честных, трудолюбивых и предприимчивых вологжан.

Д

окументы той поры и поныне секретятся. Изданные в 2000 году стенограммы пленумов ЦК ВКП(б) 1928-1929 годов отмечены частыми пропусками с пометками «Не рассекречено». 

Но стенограммы партийных форумов – не единственные печатные свидетели истории. Закат НЭПа в наших краях довольно подробно отражен в публикациях областной газеты «Красный Север», и желающие могут собственными глазами посмотреть, как закладывался фундамент 1937 года. Фундамент на крови… 

Совсем еще недавно Вологда переживала невиданное с довоенных времен изобилие – новую экономическую политику, сокращенно НЭП. Диктатура большевиков ослабила свою железную хватку, позволив людям работать и зарабатывать, продавать и покупать. И люди, еще не отвыкшие от работы на себя, а не на государство, пережившие голод и разруху военного коммунизма, удивительно быстро наладили нормальную сытую жизнь. 

В 1925 году хорватский писатель Мирослав Крлежа в одном из вологодских трактиров с изумлением насчитал в меню 16 наименований супов. И на местном рынке, и в частных магазинчиках было что купить и на что купить. 

А всего-то делов: испугались большевики Кронштадтского мятежа и Антоновского восстания. Поняли, что власть их висит на волоске, и пошли на смягчение репрессивного режима во внутриполитической и экономической сфере, заменив варварскую продразверстку прод­налогом. Земельный кодекс РСФСР, принятый в декабре 1922 года, законодательно закрепил итоги аграрной революции, сделавшей крестьян собственниками земли. 

И отступил голод, а производство продуктов питания за считанные годы достигло уровня предвоенного 1913 года…

Читаем. Газета «Красный Север» от 21 января 1926 года, публикация «Как питаются вологжане»: «Лучше всех питаются торговцы, на втором месте – рабочие, на третьем – служащие. Заметно улучшилось питание у безработных… Ржаной хлеб и овощи все больше уступают место белому хлебу, мясу и рыбе. В среднем в настоящее время взрослый человек мужского пола съедает ежедневно 1,177 фунта (около полкило) черного хлеба, 0,522 фунта (порядка 250 граммов) белого хлеба, 0,562 фунта мяса и сала… Во всех социальных группах наблюдается рост потребления мяса и рыбы».

Но беда в том, что большевикам был нужен не сытый, а покорный народ.  Потому уже в 1926 году НЭП стали понемногу сворачивать, крестьянам стало невыгодно продавать хлеб, и они стали меньше его выращивать: так, чтобы самим хватало…

Тем не менее НЭП еще долго не сдавалась большевистскому «госплану». Так, в 1928 году «Красный   Север» регулярно печатал обзоры цен на рынке и в магазинах. 

Пример. Январь-февраль 1928 года:  мясо – 70 копеек за килограмм, молоко – около 20 копеек тарка,   масло сливочное – 95 копеек за 400  граммов,  сметана – 22 копейки чашка, мешок картошки – 1 рубль 80 копеек, капуста свежая – 6 копеек кочан, яйца куриные – 65 копеек десяток.

И для сравнения – ежемесячные зарплаты трудящихся вологжан в то время: мелкие служащие – 45-70 руб­лей, рабочий на маслозаводе (Молочное) – 45-50 рублей,  рабочий средней квалификации на ВРЗ – 80-100 рублей, фельдшер в городской больнице – 75 рублей, стипендия на рабфаке – 50 рублей, инженер – 120-180 рублей, партийные чиновники средней руки – 150-200 рублей.  

В 1929 году цены на рынке уже не публикуют. А 7 января 1930 г. звучит тревожный звонок: свободный товарный рынок тонет! В этот день «Красный Север» размещает информационное сообщение: ввиду недостатка мясо отныне будет выдаваться по норме. Чуть позже та же газета опубликовала фотографию очереди за мясом, не то с детской наивностью, не то с политическим вероломством объясняя возникновение очереди нерасторопностью мясников… 

Следом в Вологде возник дефицит хлеба и муки, и были введены нормы выдачи: отдельно для рабочих, отдельно для служащих, отдельно для иждивенцев. Но хлебозаводы не могли испечь необходимое количество хлеба из-за нехватки муки, поэтому нормы стали стремительно сокращаться. А через какое-то время булочные артели и вовсе прекратили продажу хлеба «некооперированному» населению.  Каждый вологжанин оказался привязан к определенному магазину, и в другом магазине он отовариваться хлебом уже не имел права.

И тут выяснилось, что рынок всегда хитрее бюрократа. При тогдашнем населении Вологды в 52 тысячи человек едоков оказалось… на 10 тысяч больше. И норма была в очередной раз сокращена… 

Но чем всегда были сильны коммунисты – это умением подменить жратву идеей. И вот главная губернская партийная газета «Красный Север» публикует письма трудящихся, которые всецело одобряют мудрый курс на снижение хлебной нормы. «Сегодня мы получаем больше хлеба, чем, положим, ярославцы, а будем получать столько же», – пишет автор одного из писем, слесарь замочной бригады одного из ремонтных предприятий Вологды тов. А. Широгоров…