Время колокольчиков

№ 15 (597) Рубрика: Житейская история

25 мая в Вологде прозвенят последние звонки, разольются трелью по коридорам и дворам всех школ города. Последний звонок – рубеж, веха, важная точка, отсекающая отрезок прошлого, навсегда и бесповоротно оказывающийся позади. До свидания, школа. До свидания, детство. Теперь все будет совсем иначе. Пока непонятно, лучше или хуже, но точно по-другому.

С высоты прожитых лет это понимаешь совершенно отчетливо. 

Ирина Тимофеевна с легкой улыбкой на лице следила за всеми приготовлениями к последнему звонку ее внука Тимофея. Тимоши, названного в честь прадеда, которого он, впрочем, никогда не видел. Покупались алые ленты со словом «Выпускник», маленькие колокольчики, которые нужно было прикрепить к лацкану пиджака, да и сам пиджак, не нужный в обыденной повседневности, но обязательный к церемонии последнего звонка и маячившего на горизонте выпускного.
Тимоша в костюме смотрелся трогательно и немного нелепо. Тонкая шея болталась в горловине рубашки, галстук елозил по кадыку туда-сюда. Для того чтобы мальчик начал с шиком носить костюмы, потребуется еще лет пять-шесть, не меньше. А пока и так сойдет. До последнего звонка оставалось меньше недели, и память услужливо подбрасывала Ирине Тимофеевне воспоминания из прошлой жизни, которые тоже вызывали легкую улыбку, немного светлую, немного грустную.

Тревожный звоночек
Ирине семнадцать. Ветер развевает подол школьного платья, и она придерживает его руками. Нескромно это – показывать голые ноги. Ирина влюблена и от этого счастлива. Ее избранник – студент вологодского политехнического института – старше на четыре года. Они встречаются уже год, и мама слегка волнуется, оттого что ухажер ее дочери совсем взрослый, а ну как будет настаивать на том, чтобы их отношения тоже стали «взрослыми», а это нельзя. Это позор семье, да и до беды недалеко, а куда уж рожать в семнадцать лет.
Ирина мечтает стать врачом, но мединститута в Вологде нет, значит, нужно уезжать в Москву, Ленинград или Ярославль с Архангельском, а как уедешь, если Саша остается здесь. Ирина действительно в смятении, потому что от ее выбора между профессией и Сашей зависит все будущее. И как выбрать, если не представляешь себе будущее ни без того, ни без другого.
В школьном дворе уже полно народу, скоро начнется линейка, та самая, с последним звонком, но в очередной раз придерживая взлетающую юбку платья, Ира обнаруживает, что у нее оторвался подол. Предательская нитка вылезла, и теперь у платья сзади некрасивый хвост, недопустимый для уважающей себя девушки, тем более в такой важный день.
Ира бежит домой, благо вот он, дом, совсем рядом, можно обернуться за пять минут. Хватает коробочку с нитками и иголками, отрывает ниточку, зажимает ее в зубах, чтобы не сглазили, вторую второпях продевает в игольное ушко. Раз-два, стежки ложатся один к другому, ровные, аккуратные. У Иры золотые руки, она прекрасно шьет и вяжет, и пришить оторванный подол для нее – пара пустяков. Закончив свою нехитрую работу, она подходит к окну, под которым шумит улица.
Зачем? Для чего она тогда подошла к окну, Ирина Тимофеевна не знает до сих пор. Могла бы сложиться иначе жизнь, если бы она этого не сделала? У нее не было ответа, поскольку жизнь, как известно, не знает сослагательного наклонения. Как бы то ни было, но к окну она в тот день подошла и увидела Сашу, своего Сашу, идущего за ручку с какой-то девушкой.
Несмотря на то, что минуло с той поры более сорока лет, Ирина Тимофеевна до сих пор помнит, как мир вокруг в одночасье потерял краски. Стал серым, словно выцветшим. С замершим сердцем она вернулась обратно в школу, отстояла праздничную линейку, которую так долго ждала, к которой так тщательно готовилась. Она не видела, не слышала, не понимала, что происходит вокруг.
Прозвенел последний звонок, который для Ирины прозвучал, как набат, свидетельствующий, что дороги обратно не будет. Рассыпалась шеренга школьников, все расслабились, защебетали, обсуждая предстоящие экзамены, а Ирина, ссутулившись, побрела в сторону дома, в котором теперь не жили ни надежды, ни иллюзии.
Выпускные экзамены она в тот год сдала хорошо, и вступительные в Ярославский мед­институт выдержала на ура, став студенткой. Из родного города она уезжала с легким сердцем, потому что больше ее здесь не держали никакие обязательства.
После института Ирина вернулась в родной город, вышла на работу, а затем и замуж за молодого коллегу, родила дочь Надюшку. Сейчас она уже на пенсии, хотя и продолжает работать. Все в ее жизни было прочным, надежным, устоявшимся, и только
25 мая каждого года, когда она встречала на улицах города веселых мальчиков и девочек в алых лентах со словом «Выпускник», что-то екало у нее в душе, быть может, слабый отзвук испытанного в юности разочарования.

Пора надежд
Выпускной своей дочери Ирина Тимофеевна тоже помнила хорошо. В тот день было очень тепло, почти лето. Веселая стайка школьниц в коричневых платьях и белых фартуках рассыпалась по школьному двору, стоя в сторонке от родителей, чтобы доказать, что они уже совсем взрослые.
Надюшка тогда тоже стояла в сторонке, причем не с подружками, а с мальчиком, одноклассником по имени Игорек. Они учились вместе с первого класса, но месяца два назад Игорек начал приходить в их дом. Ирина Тимофеевна следила за влюбленными детьми с нарастающим волнением. Где первая любовь, там и до беды недалеко.
После последнего звонка весь класс собрался отмечать праздник, причем на даче у одного из одноклассников. Ирина Тимофеевна Надюшку отпустила, попросив только объявиться не поздно. Но в итоге Надюшка вернулась домой только назавтра к вечеру, с горящими глазами. Экзамены сдала на отлично, в институт поступила играючи, правда, к моменту зачисления выяснилось, что она беременна.
Игорек от обязательств не отказывался. Свадьбу сыграли тихую, но веселую, а в конце февраля следующего года родился Тимофей, любимый внук, в котором Ирина Тимофеевна души не чаяла. Вот только с тех пор 25 мая, в день последнего звонка, она всегда вспоминала тот взгляд, которым смотрела ее Надюшка на Игорька, ставшего, кстати, прекрасным мужем и отцом и подарившего ее дочери вот уже восемнадцать лет женского счастья.

На новый круг
Ирина Тимофеевна расправила купленный внуку пиджак на вешалке, стряхнула невидимую пылинку. Да, приближается последний Тимошкин школьный звонок, день самых важных в ее жизни воспоминаний. Тут у нее зазвонил телефон, оказалось, это внук. И что ему могло понадобиться от бабушки в разгар учебного дня?
– Да, Тимош, – сказала она, – что-то случилось?
– Ба, можно я сейчас к тебе на работу приеду и ты меня в травмпункт сводишь? Я руку повредил, когда дрался.
– Что?! – Ирина Тимофеевна не верила собственным ушам, потому что не было в мире большего пацифиста, чем ее внук, владеющий словом почище любого оружия. – Ты дрался? Из-за чего?
– Не из-за чего, а из-за кого. Я принес в школу цветы своей новой девочке, а это не понравилось нашему однокласснику. В общем, он подошел и меня ударил, а я ответил.
– Через неделю последний звонок, а потом ЕГЭ, – простонала Ирина Тимофеевна. – Как ты собираешься писать его в гипсе?
– Честь дамы дороже ЕГЭ, – философски сказал внук. – В общем, я сейчас приеду.
К счастью, обошлось без гипса. И успокоенная увиденным рентгеном Ирина Тимофеевна теперь стояла у окна своего кабинета и смотрела на хозяйствующую вокруг весну. Была она, как и положено, яркая, шумная, рассыпающая над городом аромат цветущих яблонь, надежды, юности и любви. Первой любви, которая сплошь и рядом приходит с последним школьным звонком.
Алиса Веденеева
Фото с сайта severinform.ru