Пропади ты пропадом!

Устав от пьянок мужа, многодетная череповчанка решила избавиться от постылого алкоголика…

Я решила, что вот оно - счастье…

Необычное дело рассматривал недавно череповецкий суд. Измученная пьянством мужа и безденежьем, мать четверых детей задумала избавиться от безответственного супруга. Это сравнительно новое криминальное явление быстро набирает размах: все чаще женщины и даже матери семейств становятся убийцами.

На суде обвиняемая Инга Конева рассказала, что с мужем и четырьмя детьми они живут в общежитии уже много лет.

– Поначалу все было хорошо, – всхлипывая, рассказывала Инга в зале суда. – Мы поженились, когда моей дочке Оле от первого брака было три года. Неземная любовь! Костя работал на металлургическом комбинате с высоким заработком. Он обещал мне: «Мы купим квартиру за два года, выходи за меня!» Было это 13 лет назад. Кругом была бедность, но Костя носил мне на свидания букеты из роз, ананасы, в ювелирном покупал украшения. Конечно, у любой женщины голова закружится…

– Но через несколько лет Константина Опокина сократили на работе. То ли из-за того, что он начал пить, то ли наоборот, после увольнения он стал часто закладывать за воротник. В общем, банальная история, – говорит старший помощник руководителя СУ СК России по Вологодской области Наталья Летенкова.

Между тем семья росла: Инга родила подряд троих детей – сына и двух дочек. Жить такой оравой в двух комнатах общаги становилось все труднее. Кроме того, дети требовали содержания: только на продукты питания уходила вся зарплата Инги. Она устроилась дополнительно на работу уборщицей в цех своего же завода, где днем работала штамповщицей. Но однажды она сломала ногу, и с обеих работ Ингу уволили.

От отчаяния она обратилась к матери мужа за помощью, но та ответила: «Сама знала, на что идешь, выкручивайся как хочешь», – что не мешало доброй маменьке поддерживать с сыном Костей хорошие отношения, регулярно навещая его с бутылкой. А вот подарками или хотя бы сладостями для малышей она себя не обременяла.

Вот и в тот день, 4 ноября 2018 года, свекровь Инги пришла к сыну с выпивкой.

– Муж уже полгода не работал, от безделья и пьянства начал меня бить, – рассказала на суде Инга. – В тот день мы с утра поссорились. Я умоляла его искать работу, ведь он – высококвалифицированный сварщик, его взяли бы на любое производство. Потом я, как всегда, сходила в магазин, заняв денег у соседки. Купила колбасы, хлеба и бутылку водки. Так мы решили отметить примирение. В гости пришла свекровь, и мы выпили бутылку водки на троих. Дети спали в другой комнате. Около 18 часов свекровь ушла, около 20 часов вернулась из гостей дочь Оля. Она с моим мужем выпила водки. Около 21 часа я зашла на кухню и опять стала ругать мужа, что он не работает.

Получи по лбу!

Далее Инга вспомнила, что неожиданно Константин развернулся и ударил ее кулаком в лоб, а потом вышел из кухни к заплакавшей малышке в кроватке. Инга схватила со стола кухонный нож, подошла сзади и ударила мужа ножом в спину. Он попытался увернуться, стал вырывать нож. Но Инга нож не выпустила, при этом порезала мужу руку. После этого Константин собрался и ушел из дома. Инга призналась, что, дескать, убивать не хотела, раскаивается, и вообще они помирились и снова живут вместе.

Вот что рассказал на суде участковый уполномоченный полиции Алексей Круглов:

– Многодетная семья Опокина и Коневой на учете как неблагополучная не состоит, часто приходил к ним и раньше, ничего криминального не замечал. Они оба – несудимые, вели обычный образ жизни. 4 ноября в 8 часов я заступил на суточное дежурство. В ночь с 4 на 5 ноября я в составе следственно-оперативной группы выезжал на место происшествия. Сказали, что там произошла поножовщина. Когда приехал, то потерпевшего уже увезли в больницу. В квартире находилась женщина – Инга Конева, ее трое детей спали, а старшая дочь сидела в комнате с другом. Кровь была в большой комнате на полу. Инга сразу призналась мне во всем. В квартире был беспорядок, но создавалось ощущение, что так обычно и было всегда...

Врач скорой помощи Павел Коровин рассказал на суде:

– Когда приехали на вызов, нас встретил пьяный мужчина в одних брюках, с голым торсом, на спине мы увидели четыре ножевые раны. Я поднялся в квартиру на два этажа выше, где находилась жена, неродная дочь раненого и трое его маленьких детей – 7, 6 и 3 лет. Спросил у Инги, не она ли нанесла удары. Она не стала отрицать, показала окровавленный нож. При этом женщина вела себя спокойно, не плакала, было ощущение, что для нее это – обыденность. Пыталась, правда, свалить вину на мужа, мол, тот полез драться к ее дочери Ольге, она, дескать, защищала ее.

В суде выступила и сестра подсудимой – Тамара Петрова:

– Когда еще был жив наш папа, с Ингой я общалась чаще, приходила к ним в гости, видела, что она часто избитая, с синяками. Я с папой часто ругала сестру, просила развестись с этим извергом. Но Инга защищала мужа, жалела его. Он долго не работал, они жили на наследство, которое отец оставил Инге. По характеру сестра – обычная, уравновешенная. Ее надо было очень сильно вывести из себя, чтобы она схватилась за нож.

– Мама часто ругается с отчимом, – рассказала на суде 16-летняя дочь Инги – Ольга Конева. – Дядя Костя пьет по праздникам, иногда и просто так. Когда работал, то просто приходил после работы, ел и ложился спать, мы не общались. Когда он выпивает, то ругается с мамой, даже дерется. Бьет по лицу, спине, затем отводит ее умываться, и они ложатся спать. Как-то я попыталась их разнять, но отчим ударил меня кулаком в лицо. 4 ноября я пришла домой с другом Димой, младшие дети спали. Мать и Костя опять стали ругаться на кухне, кричали друг на друга, я вышла из кухни, попросила Диму, чтобы тот поговорил с отчимом. Я сидела в комнате с детьми, мать и отчим были на кухне, что там произошло, не видела.

Обошлось без зоны

В акте заключения СМЭ от 25 ноября 2018 года написано следующее:

«Согласно данным медицинских документов, при поступлении в стационар у Опокина обнаружены две раны на задней поверхности грудной клетки, проникающие в плевральные полости. Эти раны образовались от действия колюще-режущего предмета. По признаку опасности для жизни проникающие в грудную полость раны расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Кроме того, обнаружены раны в области правого плечевого сустава и одна рана на правом предплечье. У гражданки Коневой каких-либо телесных повреждений не обнаружено.

– В тот день после драки, когда жена нанесла мне ножом четыре удара, я ушел из квартиры, – рассказал в суде чудом выживший Константин Опокин. – Попросил соседей вызвать «скорую помощь», рассказал, что меня порезала жена. На скорой меня увезли и положили в хирургическое отделение городской больницы, где я пролежал три недели. Сейчас чувствую себя хорошо, с женой помирился, привлекать ее к уголовной ответственности не желаю. Я сам во всем виноват. После случившегося спиртные напитки с женой не употребляем, сделали для себя правильные выводы. Кроме того, вчера мне позвонили со старой работы: у них есть вакансия для меня с хорошей зарплатой. Я все осознал!

Суд действия Коневой квалифицировал как покушение на убийство, т. е. умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, которые не были доведены до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

– Конева не довела преступление до конца не по своей воле, пострадавшему вовремя оказали помощь, – пояснила «Нашей Вологде» Летенкова. – Но при назначении наказания учтены смягчающие обстоятельства: признание вины, раскаяние, наличие четверых детей, противоправное поведение потерпевшего. Отягчающих обстоятельств суд не усмотрел. Согласно заключению судебной психолого-психиатрической комиссии, в момент совершения преступления Конева не находилась в состоянии аффекта. Психического расстройства эксперты также не обнаружили. Конева могла осознавать характер и общественную опасность своих действий, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Суд назначил Инге Коневой наказание в виде лишения свободы сроком на три года шесть месяцев. Поскольку она имеет на иждивении малолетних детей, суд счел возможным отсрочить отбывание наказания в виде реального лишения свободы до достижения детей четырнадцатилетнего возраста. Мера пресечения на кассационный срок оставлена прежняя – подписка о невыезде. Приговор вступил в законную силу.

Ирина Полетаева

(Имена и фамилии фигурантов и некоторые детали уголовного дела изменены.)

Фото yandex.ru

Поделиться
Отправить
Класснуть