Что рождает ложь?

Игре «Верю - не верю» при чтении новостей, возможно, пришел конец. Государственная Дума приняла один из самых спорных законов, которым официально запретила лгать. Штрафы за распространение ложной информации теперь достигают 1,5 миллиона рублей.

Каждый третий житель страны верит «фейковым» новостям («fake» в переводе с англ. – обман, фальшивка, подделка, имитация. – Прим. ред.) в интернете. Такие данные в ходе прошедшего в Сочи медиафорума для СМИ привел глава Рос­комнадзора Александр Жаров.

То есть представьте себе, что из сидящих за столом шести человек как минимум два верят в несуществующую реальность. Но одно дело верить в привидения и совсем другое, когда эта вера ведет к страданиям, а иногда и гибели людей.

«Кому-то было скучно»

«В Вологде 60 девчонок должны убить! Вечером за соседкой охотились, хотели посадить в черную «Волгу», она едва вырвалась. А накануне еще одну девочку увезли прямо с нашей развилки, но она что-то наговорила, что заболела, и ее отпустили».

Такую записку перехватили сотрудники оперчасти следственного изолятора на улице Трудовой в Вологде 25 ноября 1977 года. Вологжанка написала ее своему мужу, заключенному под стражу.

В то время весь город жил в страхе. Люди рассказывали друг другу леденящую душу историю о целой банде маньяков, орудующих в городе, которая увозила молодых девушек, и они никогда больше не возвращались. Количество жертв росло день ото дня. У каждой школы можно было встретить суровых мужчин-отцов, которые ждали дочерей с занятий, а сами девушки и девочки по Вологде ходили только группами и никогда поодиночке. Люди старшего поколения хорошо запомнили те дни.

На самом деле на тот момент в Вологде и пригородах действительно пропали три девушки. Они стали жертвой убийцы, бывшего милиционера Николая Сахарова. 5 февраля 1979 года в возрасте 24 лет он был расстрелян по приговору Вологодского городского суда и похоронен без имени где-то в Мордовии. С тех пор прошло ровно 40 лет.

И ничего не изменилось. Люди верят слухам, несмотря на открытые электронные библиотеки; сайты всевозможных ведомств, которые в ежедневном режиме публикуют служебную информацию; невзирая на то, что даже пачку писчей бумаги для администрации сельского поселения можно купить только на открытой торговой площадке, где будет озвучена ее цена и количество. А с появлением социальных сетей иногда слепое рассуждение о проблеме принимается как свершившийся факт.

В 2010 году, после того, как в парке Мира было найдено тело убитой девушки, вологжане как минимум три месяца жили в уверенности, что в городе разгуливает маньяк, а жертв гораздо больше. К слову, это убийство не раскрыто до сих пор.

Два года назад массово заговорили о «Мармеладном убийце», якобы нападающем у ТРЦ «Мармелад».

– Конечно, мы периодически вынуждены иметь дело с фейковыми новостями, – рассказал нашей газете руководитель отдела криминалистики Вологодского Следственного управления Кирилл Бураков. – Мне иногда кажется, что для горожан придумать что-то страшное, а потом обсудить в социальной сети – такой свое­образный вид досуга. Затем это переходит в плоскость якобы неподтвержденного факта, а иногда об этом начинают писать уже и официальные СМИ. И далеко не все в этой «цепочке» понимают, что может действительно пострадать человек. Просто потому, что кому-то было скучно.

Сломанные судьбы

В 2017 году такие «новости» перевернули всю жизнь учительницы музыки третьей школы Ирины Балаганской из Бабаево, где 13 февраля покончил с собой 14-летний подросток по имени Иван. События, приведшие к этому, развивались стремительно.

В тот день несколькими часами ранее в школе у учительницы из кошелька пропали 2 тысячи рублей, которые она собирала на выпускной. Ирина Балаганская поступила так, как на ее месте поступил бы любой: обратилась в полицию с заявлением о пропаже денег. Полицейские приехали и стали выяснять – кто из школьников этой школы приходил с деньгами в близлежащие магазины, и выяснили – Ваня.

После этого учительницу обвинили в том, что она стала причиной смерти мальчика. А когда одна из жительниц города опубликовала в соцсетях пост с обвинениями, началась настоящая травля. В комментариях земляки начали выкладывать ее фото с комментариями «Тварь» и «Убийца». Подруги предупреждали женщину: «Не отпускай дочь в школу, ей будут мстить». Несколько недель сама Ирина находилась на грани суицида, и на тот момент ее родственники серьезно переживали за ее жизнь, периодически вызывая «скорую».

Спустя несколько месяцев Ирина Балаганская обратилась в суд с иском о защите чести и достоинства и выиграла его во всех инстанциях. «Наша Вологда» связалась с женщиной, которая сегодня работает совсем в другой сфере, далекой от школьного образования. Из школы она ушла, но до сих пор ей больно вспоминать происшедшее.

– Мне не хочется больше ничего вспоминать. Забыла все. Историю, работу, школу, – говорит женщина.

В марте 2018 года в Кемерово история с распространяющимися ложными слухами едва не привела к катастрофе.

– После трагедии в ТЦ «Зимняя вишня» был шквал недостоверных данных об истинном количестве жертв, который больше походил на ад, – рассказала нашей газете журналист из Кемерово, которая несколько дней провела на месте трагедии. – В городе ситуация больше напоминала военное положение, настолько люди были доведены до грани ложными сообщениями.

По словам главы комитета по информационной политике Госдумы Леонида Левина, именно события в Кемерово и были последней каплей, рубиконом, после которого стало очевидно, что необходимо регулирование.

29 марта 2019 года нормативный документ, известный как Закон «О фейковых новостях», был принят и вступил в действие. В соответствии с ним за распространение заведомо ложных и общественно опасных фейков может грозить штраф в размере от 30 тысяч до 1,5 миллиона рублей.

Под влиянием

О том, как это будет работать, нашему корреспонденту при личной встрече рассказал глава Роскомнадзора РФ Александр Жаров.

– Решение о блокировке сайта либо страницы в социальной сети, как и любого ресурса, будет принимать либо генеральный прокурор, либо его заместители и никто другой, – пояснил Александр Жаров, – Если к нам, в Роскомнадзор, поступит сигнал, мы передадим его в полицию, которая и должна установить источник. В ближайшее время мы опубликуем реестр таких ресурсов, где могут быть фейковые новости, либо уже уличенных в подобном.

«Наша Вологда» спросила главу регионального Роскомнадзора Анатолия Пальникова, когда можно будет ознакомиться с региональным реестром, но он ответил, что пока никаких указаний сверху не поступало и о реестре он ничего не знает.

И тем не менее, цифры неумолимы. По данным ВЦИОМ, на май 2019 года 29% россиян считают, что в большинстве случаев достоверную информацию от ложной отличить почти невозможно. Еще 15% говорят, что разобраться в этом нельзя практически никогда. 83% опрошенных убеждены – государство должно регулировать эту сферу и бороться с фейками. При этом примерно треть лживых новостей распространяется через интернет.

– Каждый третий читатель «повелся» на эти сообщения, – констатирует генеральный директор ВЦИОМ Валерий Федоров, – таковы данные исследования, но мы считаем, что на самом деле больше. Проблема фейковых новостей реально существует.

– Существует, и периодически они действительно «вбрасываются», как уже состоявшийся факт, – говорит известный вологодский журналист Юлия Лаврова. – Иногда просто невозможно их отличить от правды. Последний, буквально сегодняшний, пример: «Вологодский ОМОН уехал в Шиес». В Росгвардии мне дважды опровергали эту информацию и отвечали, что ОМОН несет службу в Вологодской области, все сотрудники на месте. Но я все равно два раза поверила в ложь.

На этом фоне любопытны мнения специалистов – психиатров.

Например, заместитель главного врача по медицинской части Вологодской областной психиатрической больницы Сергей Шабанов считает, что на психику может повлиять не только фейковая, но и любая другая трагическая новость, даже если она будет правдой.

– Никакой разницы нет, – говорит врач. – Если мы говорим о здоровой гибкой психике, которая способна трансформировать все негативное – будь то новость придуманная или новость реальная, о трагедии с российским самолетом например, – влияние одинаковое.

А вот врач-психиатр, заведующий детским отделением психоневрологического диспансера Юрий Афанасьев, который много лет занимается проблемами информационной безопасности детей и подростков в том числе в социальных сетях, считает, что новый закон принят своевременно.

– Конечно, фейковые новости могут манипулировать людьми, и этому достаточно примеров в истории, – уверен врач. – Вспомним войну, развязанную США с Ираком, у которого якобы имелось ядерное оружие. Информация оказалась ложной, а вот вой­на самой настоящей. Если слово фейк назвать простым понятным русским языком, то это слух. Обычный слух, который распространяется по отдельному средству коммуникации как особый вид информации, и он, как и все, должен контролироваться. Когда появляется новый фейк, он преследует только три цели и все три – корыстные. Это социальный бонус, то есть тому, кто распространяет информацию, необходимо поднять свой личный социальный статус. Это политический статус – «набрать очки» на фоне ложной информации в преддверии какого-то политического события. Ну и деньги. Заработать на слухе деньги и ничего больше.

Так или иначе, а мы живем в другой реальности, к которой, по всей видимости, старые законы подходят не всегда. Как будут работать новые – покажет самое ближайшее будущее.

Анна Маслухина

Фото yandex.ru

Поделиться
Отправить
Класснуть